Бека, в безразмерном синем шерстяном пуловере и черных леггинсах, сидела на своей кровати, прислонившись спиной к стене и скрестив ноги. Спицы быстро-быстро мелькали в ее руках, на коленях лежал клубок оливковой пряжи.

– Скорее всего я не закончу этот свитер к Рождеству, – пробормотала Бека.

– А для кого этот подарок? – спросила Лайла, подняв голову. Девушка лежала на животе на ворсистом мягком ковре, лениво листая страницы старого журнала.

– Для моей кузины. Ой! – вскрикнула Бека. – Я уколола палец, – она сосредоточенно рассматривала маленькую ярко-алую каплю крови, выступившую из ранки.

– Свитер может запачкаться!

Бека отбросила вязание в сторону и принялась искать на туалетном столике бумажный носовой платок.

– Я вяжу, чтобы успокоить нервы, но сегодня что-то не работается, – сказала она подругам, прижимая к пальцу носовой платок. – Мы с моей кузиной Рейчел вяжем друг другу свитера. Подарок к Рождеству. У Рейчел свитера получаются отличными, с маленькими ровными петлями, со сложными узорами, а мои… – ее голос стал грустным.

– Не бери в голову, – сказала Лайла, закрыв журнал, и перевернулась на спину, заложив руки за голову. На девушке был темно-бордовый с белым спортивный свитер и потертые джинсы, вытянутые на коленях.

– Тебе нужен пластырь, – сочувственно сказала Триш, оторвавшись от созерцания зимнего пейзажа за окном.

– И как же я буду вязать с заклеенным пальцем? – возразила Бека.

– Плохо! – отшутилась Триш. Она улыбнулась, обнажив ортопедические скобки на зубах, которые носила уже год. Триш была круглолицей невысокой девушкой в сером тренировочном костюме. Рыжие волосы, жизнерадостное смешливое лицо.

– Потрясающая стрижка, – подала голос Лайла.

– Да, впечатляет! – с энтузиазмом подхватила Триш.