Бека вдруг почувствовала себя виноватой. В жизни Хани она занимает особое место, Хани очень дорожит их дружбой, а Бека даже не может вспомнить, где они встречались раньше.

«Хорошая же я подруга! – стыдила себя Бека. – Может быть, со мной что-то не так?»

Триш снова заговорила, а Хани снова сделала вид, что не заметила этого.

– Расскажи мне о себе, – попросила она Беку. – Нам нужно наверстать все эти годы.

– Рассказ едва ли получится длинным, – неохотно начала она.

Внезапно в дверях появилась мать Беки.

– Как у вас дела? – спросила она девушек. Ее глаза переходили с одного лица на другое.

– Миссис Норвуд! – взвизгнула Хани. Она вскочила со стула и бросилась обнимать маму Беки.

Миссис Норвуд удивленно посмотрела на свою дочь.

– Как хорошо увидеть вас снова! Вы чудесно выглядите! – закричала Хани.

– Спасибо, – озадаченно пробормотала мама Беки. – Ты тоже, дорогая…

– Мы теперь соседи, – вцепившись в запястье миссис Норвуд, продолжала Хани. – Удивительно, не правда ли?

– Да, думаю, это так… – неуверенно ответила мама Беки. – Это очень мило. – Мама извинилась и поспешно ретировалась из комнаты.

Хани снова повернулась к Беке.

– У тебя такая чудесная мама! Всегда опрятная, ухоженная.

– Да, она такая, – согласилась Бека.

Она видела, что мама тоже не узнала Хани. Беке стало легче, она больше не чувствовала себя такой виноватой.

Но все не так просто.

– Она постарела, – заявила Хани, перестав улыбаться. – Ей следует красить волосы.

– Мама всегда красит волосы, – возразила Бека. – Только в последнее время она была очень занята и…

– Мне тоже не мешало бы покраситься, – Лайла провела рукой по своим темно-русым волосам, собранным в конский хвост. – Такой неинтересный цвет. Но мама сказала, что убьет меня, если я сделаю что-нибудь со своими волосами.